lutchique: (прятаться)
Благородство в каком-то смысле противоречит инстинкту самосохранения, нужно быть благородным до конца и без полумер, и нельзя спросить, что мне за это будет и как я со всем этим справлюсь. 
lutchique: (прятаться)

Хочется расхерачить все к чертям и не в рамках образов и подходящих метафор, но даже когда любимый нами Райс поет fuck you, он имеет в виду совсем другое, ведь ни один по-настоящему равнодушный человек не будет кричать о своем равнодушии и слать все к черту. Наш личный эсхатологизм оказывается силой, скрепляющей все воедино, строит мосты, ставит заплаты, приковывает цепями, протягивает руку, обеспечивая целостность картинки и нерушимость катастрофы, как кино с взрывающимся вертолетом.

lutchique: (у моря)
С одной стороны (10%), очень легко. И как будто радостно. Радость узнавания, радость признания, радость привязанности, радость свободы, радость изменения, радость целого большого мира впереди. Много благодарности, много добра.
С другой стороны (90%), есть весь остальной мир, с которым я не справляюсь, и филиалы ада, устраиваемые людьми, которые, казалось бы, должны быть ко мне благосклонны. Очень много ужаса и хочется кричать.

После трех лет отчаянных попыток взять все под контроль (такой вот незамыловатый ответ бессоницам, головным болям и паническим атакам) хочется расслабиться и все отпустить, и надеяться, что земля не уйдет из-под ног. 
lutchique: (со спины)
И мы по-прежнему не сделали ничего, чтобы сделать мир лучше. И даже не приблизились к пониманию его.
И еще, когда говорят тебе, что год был полон разочарований, ты чувствуешь, как не справился с задачей нахождения рядом и что даже здесь от тебя не было никакого проку.

you talk to me as if from a distance and I reply with impressions chosen from another time

Прослушать или скачать Brian Eno By this River бесплатно на Простоплеер
lutchique: (со спины)
Головная боль и бессонница как способы отношений с миром, построенных на бесконечных трении и недоверии. Тысячи взрывов изнутри черепной коропки настойчиво утверждают присутствие мира в его равнодушии (воспринимаемом, как жестокость) и неовратимости. И десятки, сотни бессонных часов суть сомнение в существовании мира, указание на его непостоянство и призрачность, где каждая сюжетная линия вдруг упирается в тупик своей вымышленности.
Пару лет назад у мира размывало границы, но что-то настойчиво трещало в голове, не позволяя насовсем выпасть из неуловимого и уже от тебя не зависящего событийного ряда.

Теперь я как будто отсыпаюсь за все предыдущие годы, за все свои бессонницы и встреченные как в тумане рассветы. Для умения засыпать оказалось достаточно минимальной (и поначалу вовсе призрачной) уверенности, что если что есть кому позвонить в четыре часа утра и сказать, что мир рухнул, чтобы услышать в ответ: "Не ссы, все на месте". Совсем даже не обязательно пользоваться этой опцией, потакая внезапным паническим атакам, но сама возможность позволяет уснуть. От того времени, когда земля уходила из-под ног, заставляя тебя каждый раз переминаться с ноги на ногу на неуверенном клочке земли, сотканного из неудач, чужих отъездов и смертей, остались только головные боли (впрочем, когда их не было).

И вот теперь мы будто распределили роли в конфликте с миром: у меня безостановочно болит голова, а д.д. никак не может уснуть.


Прослушать или скачать Six Days at the Bottom of the бесплатно на Простоплеер
lutchique: (у моря)
Но за всем этим "сразу проснулся в плохом настроении, даже делать ничего не пришлось" и настроением, колеблющимся от бодрого нуля (с саундтреком из nine inch nails) до нуля обычного, злой собранностью, покоящейся на тихо бурлящем отчаянии, - за всем этим маячит ничем не исчерпываемое ощущение счастья.

Hitch

May. 26th, 2014 02:25 pm
lutchique: (universe)
Если бы написать эссе о Кристофере Хитченсе, то его можно было бы озаглавить "Если вы искали человека...". Но лучше не писать о нем никакого эссе - лучше встречаться с ним на дебатах или в его книгах.
...и говорит он поверх шума толпы, воя самолетов, свиста порой разрывающегося на осколки мира, - говорит настолько твердо и тихо, что не услышать уже было нельзя.

[Мемуары Хитченса - "Hitch-22"]
lutchique: (universe)
Из Нижнего в Нижний не выберешься, пока не приедут гости, проводники, первооткрыватели, как лоцман, кажется, Сашка, что водил крапивинского героя-повествователя разными пространствами, из мира в мир, открывал, показывал. А когда выберешься - как шагнешь в лето, разве что шарф намотав на больное горло; перескажи-ка все истории, вмести сложное в простое, а то вдруг замрешь -- красиво. С Нижним за встречу дышать одним воздухом, на пустых освещенных улицах оказаться вдруг дома; как давно, здравствуй. И с нами ничего..., и всё..., - и все отходит на второй план, растворяясь в воздухе, оседая на кончиках пальцев; затеряться в безвременье.
И всю неделю тепло и спокойно, и благодарно внутри. И дома уже приходит смс о забытом чувстве единения и спокойствия, и так славно быть не обделенной возможностью разделить хорошее, и оттого во множество раз благодарнее. Я люблю, здравствуй.
lutchique: (un jour)
Главное - отказ от любой перспективы. Потому что какая тут перспектива? Я преподаю английский и, сколько успеваю, читаю, чтобы года через три получить ученую степень кандидата филологических наук, без которой и нечего думать хоть куда-то соваться. Я старательно пытаюсь выращивать эту соломинку, за которую потом буду держаться в круговороте никому не нужных людей. Из соломинок можно построить плот, крошечный домик, игрушечный замок. В неразличимой, неясной дали моего несуществующего будущего можно вообразить замок карточный, который когда-нибудь, возможно, покажется сделанным из стекла.
Совсем неизвестно, кто будет жить в этом замке, но вряд ли там найдется хоть один принц, потому что последним всегда нужен мир и остальные миры в придачу. Свои стеклянные замки они строят за тысячи километров и несколько часовых поясов, оставляя за собой всего несколько бревен, так и не пошедших на постройку добротного дома.
В своих планах я не могу дойти и до лета, потому что и там уже мерещится след от гвоздя, по неосторожности закрашенный старым маляром.
Но здесь мы занимаемся каждый своими делами, спешим на работу и концерты, лечим друг друга от простуд и других болезней, кажется, делаем что-то важное. В отказе от перспективы создается иллюзия нужности и возможности, и все почти хорошо.
lutchique: (лючик)
Опять ходили к реке, но дальше, исследовали старую водокачку, лазили по - под - Молитовскому мосту. Когда сидишь - или того хуже, стоишь - на железных балках, а сверху гремит трамвай, а под тобой все вибрирует, хочется зажмуриться и схватить за руку. Но трамвае на десятом привыкаешь. Потом возвращались к реке, обратным порядком пересчитывали мосты, молчали ни о чем, провожались на остановках и рассказывали мне про космос. И было очень спокойно: никакой нужды захлебываться. 
lutchique: (лючик)
Все умные детки сейчас на работе или учебе, и только я в молчаливой безысходности простуженного горла сижу дома и пытаюсь подготовить зачетные монологи по английскому, но они снова про войну и терроризм, и я не могу уже это больше обсуждать, меня тошнит от кровожадности и бессмысленности этих тем: убили, взорвали, напугали, хорошо это или плохо. А англичанка у нас, знаете ли, веселая: у терроризма есть одинаковое количество плюсов (!) и минусов, а в глазах у нее нескрываемая жажда крови... Вчера вот взахлеб рассказывала, как ела барашка, которого держали дома и сами (!) кормили молоком, но ведь он "тупое и безмозглое животное". Предложила ее под тем же предлогом кому-нибудь скормить. >.<
Иногда мне кажется, что нелишним было бы подарить всем таким людям по томику Фоера - и если после ничего не шелохнется, значит точно дерьмо-человек. 
Главный вывод моего диплома - необходимость веры в Бога, вернее памяти о прошлом с Ним. Самое страшное случается с героями и миром, когда они забывают, что что-то вообще было до того, как мир обнаружил себя больным, сломанным, никчемным, мучительно молчаливым, наполнив бытие человека непониманием и страхом. Случается страшное в (не)обратимости времени, когда вместо возвращения к новому старому через воспоминание и приятие, совершается возвращение к моменту до того, как что бы то ни было возникло. Жуткий мир, лишенный памяти и веры. 
Не то чтобы я призывала кого-то во что-то уверовать, у нас тут вроде как язычество и политеизм современного толерантного мира. Но мне почему-то кажется, что если б каждый прочитал хотя бы несколько диалогов Платона, мир был бы чуточку лучше. 

.

Feb. 9th, 2012 06:05 pm
lutchique: (лючик)
Есть такие мужчины, не которых хочется, а быть которыми хочется.
А есть те, после которых уже не можется быть.
[Башлачев - Вечный пост]

lutchique: (шутовство)
 Сложи меня в коробочку, как один из сотни ништячков.
lutchique: (Default)
 Я уже устал уставать от людей, я ищу способ научиться их любить.
*
Осознание возможности собственной самоотверженности. Мне важно понимать, что в любую минуту я готов во всём отказать себе и уступить нуждающемуся. Любовь — это панацея от всех бед и напастей. Хочешь, пользуйся, не хочешь — умирай.
В. Бутусов

Profile

lutchique: (Default)
лючик

August 2017

S M T W T F S
  123 45
6789101112
13141516171819
202122 23242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:31 pm
Powered by Dreamwidth Studios